Убийство с косвенным умыслом

Убийство с косвенным умыслом

Вопрос 1. Доказано ли, что 5 июля 1994 г. в вечернее время в кв. 5 по ул. Почтовая г. Подольска Московской области гр. Назарову А.Т. в процессе ссоры с целью лишения его жизни были нанесены 49 ударов ножом в лицо, шею, грудь, и его смерть наступила от острого малокровия внутренних органов, развившегося вследствие наружного и внутреннего кровотечения из причиненных ран?

Вопрос 2. Если на первый вопрос дан утвердительный ответ, то доказано ли, что изложенное в этом вопросе деяние совершил Абрамов С.Г.?

Глава XIII. Вопросный лист

Вопрос 3. Если на второй вопрос дан утвердительный ответ, то виновен ли Абрамов С.Г. в совершенном деянии?

Пример 2 (умышленное убийство с косвенным умыслом).

Вопрос 1 Доказано ли, что в ночь на 24 марта 1 993 г. в кв. 7 д. 11 по Хлебозаводскому проезду г. Люберцы Московской области гр. Толубее-ву С.Л. была причинена смерть на почве неприязни путем нанесения множественных ударов кулаками и ногами по голове и телу, и он скончался от причиненной в результате ударов черепно-мозговой травмы?

Вопрос 2. При утвердительном ответе на первый вопрос доказано ли, что описанное деяние совершил подсудимый Курочкин П.Р.?

Вопрос 3. При утвердительном ответе на второй вопрос виновен ли подсудимый Курочкин П.Р. в совершенном деянии, хотя и не преследовавший цели лишения жизни потерпевшего, но сознательно допускавший это или безразлично относившийся к результатам своих действий?

Опасность для защитника представляют случаи, когда клиенту вменяется не один, а несколько квалифицирующих признаков: например, изнасилование малолетней с применением физического насилия и сопряженное с угрозой убийством, а ваш подзащитный оспаривает, что знал о возрасте потерпевшей и что он угрожал убийством.

В подобных случаях нельзя допускать постановки первого вопроса с включением в него сразу всех трех квалифицирующих признаков: «Доказано ли, что 5 апреля 1993 г. около 13 часов дня в лифте дома № 15 по улице Новой г. Люберцы Московской об-гасти в отношении Ивановой Нади, не достигшей 14-летнего возраста, было совершено половое сношение с применением физического насилия, выразившегося в сдавлении шеи потерпевшей руками, и сопряженное с угрозой лишения жизни?».

При такой постановке вопроса присяжные в отношении всех трех квалифицирующих признаков ответят либо: «Да, доказано», либо: «Нет, не доказано». Но поскольку подзащитный самого факта изнасилования не отрицает, то скорее всего будет ответ: «Да, доказано», и вместо ч. 1 ст. 131 УК РФ ваш клиент будет осужден по п. «в» ч. 4 этой статьи.

Для того чтобы этого не произошло, вы должны предложить тредседательствующему свой вариант. Он заключается в том, го в основном вопросе будут изложены лишь обстоятельства факта изнасилования без квалифицирующих признаков:

Вопрос 1. Доказано ли, что. в отношении Ивановой Нади было совершено половое сношение против ее воли и согласия?

176______________ Раздел IV. Вопросы защиты в суде присяжных_

Затем задаются дополнительные вопросы, в которых формулируются обстоятельства квалифицирующих признаков:

Вопрос 1а. Если на первый вопрос дан утвердительный ответ, то доказано ли, что по отношению к Ивановой Н. применялось физическое насилие с целью подавления ее сопротивления?

Вопрос 16. Если на первый вопрос дан утвердительный ответ, то доказано ли, что в отношении Ивановой Н. имела место угроза лишения жизни?

Вопрос 16. Если на первый и второй вопрос даны утвердительные ответы, то доказано ли, что подсудимый знал о возрасте потерпевшей?

ЧАСТНЫЕ ВОПРОСЫ

О частных вопросах говорится в ч. 2 ст. 449 УПК РСФСР. В этой норме указывается, что после основного вопроса о виновности подсудимого могут быть поставлены частные вопросы об обстоятельствах:

а) увеличивающих или уменьшающих степень виновности;

б) изменяющих характер виновности;

в) влекущих освобождение подсудимого от ответственности;

г) выявляющих причины незавершенного деяния (покушения
либо добровольного отказа);

д) свидетельствующих о степени и характере соучастия (экс
цессе исполнителя; отсутствии сговора либо устойчивости груп
пы и т.п.).

Вопросы об обстоятельствах, уменьшающих степень виновности, как это следует из смысла и назначения этих вопросов, задаются защитой в случае признания подзащитным своей вины на тот случай, когда присяжные ответят на основной вопрос: «Да, виновен», для получения снисхождения, особого снисхождения, а также смягчения наказания, которое будет назначать судья при вынесении приговора.

К смягчающим обстоятельствам, помимо перечисленных в законе, как представляется, могут также быть отнесены тяжкая болезнь (особенно психическая, даже если подзащитный признан вменяемым); заблуждение относительно последствий своих действий либо действий соучастника; провоцирующее поведение потерпевшего; длительно не прекращающаяся психотравмирую-

Глава XIII. Вопросный лист

щая ситуация; последствия, вызванные катаклизмами в обществе (скажем, всем известный «афганский или чеченский синдром»); и даже, как это ни странно, состояние алкогольного или наркотического опьянения.

Вопросы относительно характера виновности являются очень важными для защиты. Какими были действия вашего подзащитного: умышленными или неосторожными; был ли вообще умысел на вмененное деяние, если нет, на что были направлены его действия? Вот цель такого рода вопросов. Формулируются они следующим образом.

Вопрос 1. Доказано ли, что. Рязанов погиб от произведенного в него выстрела из пистолета, причинившего смертельную огнестрельную рану головы?

Вопрос 2. Если на первый вопрос дан утвердительный ответ, то доказано ли, что указанное в этом вопросе деяние совершил Задорожный?

Вопрос 3. Если на второй вопрос дан утвердительный ответ, то виновен ли Задорожный в деянии, указанном в первом вопросе?

Вопрос 4. Если на третий вопрос дан утвердительный ответ, то доказано ли, что Задорожный в борьбе с Рязановым, пытаясь вырвать у него из руки пистолет, случайно нажал на спусковой курок, в результате чего произошел выстрел, причинивший смертельную огнестрельную рану Рязанову?

Остальные виды частных вопросов особой сложности не представляют и их постановка требует только знания норм уголовного права.

АЛЬТЕРНАТИВНЫЕ ВОПРОСЫ

ели ваш подзащитный признает свою вину частично либо полностью, но вы по обстоятельствам дела видите, что квалификация действий, которые он признает, не соответствует предъявленному обвинению, то на основании ч. 4 ст. 449 УПК РСФСР защитой могут быть поставлены так называемые альтернативные вопросы, позволяющие установить виновность подсудимо-‘ ;го в совершении менее тяжкого преступления, если этим не ухудшается положение подсудимого и не нарушается его право на защиту.

178 Раздел IV. Вопросы защиты в суде присяжных

Допустим, в суде присяжных прокурором поддерживается обвинение в отношении вашего подзащитного по п. «ж» ч. 2 ст. 105 УК РФ — умышленное убийство, совершенное по предварительному сговору группой лиц. Ваш клиент, не опровергая участия в убийстве в форме пособничества, категорически отрицает предварительный сговор на убийство. В таком случае защита может поставить вопрос о виновности по ч. 5 ст. 33 и ч. 1 ст. 105 УК РФ — — умышленное убийство без отягчающих обстоятельств через соучастие в форме пособничества.

Вопрос о различной квалификации действий, как правило, тесно связан с вопросом умысла. Часто альтернативная позиция защиты по отношению к обвинению заключается в том, что подзащитный не хотел причинить смерть. Например, поругавшись с потерпевшим, он ударил его, не имея намерения лишить жизни, однако тот упал, ударившись затылком об острый камень, и умер. Либо, имея намерение «обчистить» квартиру, ваш клиент подсыпал потерпевшему в спиртное снотворного, но не рассчитал дозу, и тот умер от передозировки. Или подзащитный утверждает, что не совершал изнасилования, а его действия носили характер развратных (это часто бывает при изнасиловании в «извращенной форме»).

В чистом виде вопрос об умысле в вопросный лист поставлен быть не может, так как это юридический термин, однако защита должна добиться постановки вопроса, выражающего позицию клиента.

Вот пример формулировки вопросного листа по делу Чумакова и др., в рассмотрении которого в Московском областном суде под председательством судьи М.Н. Елычева автор принимал участие.

По обвинению по ст. 102 п. «а», «д», «н» УК РСФСР.

1. Доказано ли, что 8 октября 1993 г., в начале восьмого утра, у д. 5 по ул. Машиностроителей г. Подольска Московской области из автомашины ВАЗ-2108 были произведены выстрелы из автомата в гражданина Губкина В.Л., в результате чего последнему были причинены: сквозное ранение левой височной области, сквозное ранение задней поверхности нижней трети левого бедра, сквозное ранение задней поверхности средней трети правого плеча, касательное ранение межлопаточной области, слепое ранение поясничной области, проникающее в брюшную полость с повреждени-

ем второго поясничного позвонка околопочечнои клетчатки, стенки желудка и малого сальника, что вызвало травматический шок, от которого Губкин скончался по пути в больницу, а также доказано ли, что часть пуль в ре-

ГлаваXIII. Вопросный лист

зультате произведенных выстрелов попала в обшивку балкона и дверь одной из квартир д. 5?

2. Если на 1-й вопрос дан утвердительный ответ, то доказано ли, что
Чумаков АН за обещанное ему вознаграждение, действуя совместно с
другими лицами, подъехал утром 8 октября 1993 г. вместе с этими дру
гими лицами к д. 5 по ул. Машиностроителей г. Подольска на автомашине
ВАЗ-2108 и из переданного ему ранее автомата из салона данной машины
через открытый задний багажник произвел выстрелы в Губкина В.Л., в ре
зультате чего наступили последствия, указанные в 1 -м вопросе?

3. Если на 1-й и 2-й вопросы даны утвердительные ответы, то виновен
ли Чумаков А.Н. в совершении действий, указанных в этих вопросах?

Читайте также:  Банкротство физ лица последствия для родственников

4. Если на 2-й вопрос дан отрицательный ответ, то доказано ли, что
Чумаков А.Н., боясь расправы в отношении членов его семьи, 8 октября
1993 г. произвел выстрелы из автомата при обстоятельствах, описанных во
2-м вопросе, но стреляя не в Губкина, а в землю?

Пример этого дела интересен тем, что председательствующий в напутственном слове разъяснил присяжным, что они могут отвечать на вопросы «развернуто», т.е. не все признать доказанным, либо сделать оговорки относительно виновности.

В результате этого, хотя присяжные и не согласились с позицией защиты, выраженной в четвертом вопросе, зато на второй вопрос ответили: «Да, доказано, кроме факта вознаграждения», а на третий: «Да, виновен, но боялся расправы в отношении членов его семьи».

Это дало возможность исключить в приговоре квалифицирующий признак корыстных побуждений и учесть при назначении наказания смягчающее обстоятельство, указанное присяжными при ответе на третий вопрос о виновности.

ОБЯЗАТЕЛЬНЫЕ ВОПРОСЫ

Часть 1 ст. 450 УПК РСФСР предусматривает для защиты возможность постановки вопросов об обстоятельствах, исключающих преступность деяния (гл. 8 УК РФ) либо влекущих для подзащитного менее строгое наказание (ст. 61, 64 УК РФ).

Эти вопросы мы условно называем обязательными, посколь-‘ в их постановке отказано быть не может: «Председательствующий судья не может отказать в постановке вопроса о наличии причины, по которой содеянное не вменяется в вину подсудимо-

12′

18 О Раздел IV. Вопросы защиты в суде присяжных

го или влечет для него менее строгое наказание» (ч. 1 ст. 450 УПК РСФСР).

Постановка вопросов об обстоятельствах, исключающих преступность деяния. Из смысла названия и содержания гл. 8 УК РФ следует, что хотя ваш подзащитный и совершил деяние, содержащее признаки преступления, однако, в силу определенных обстоятельств, указанных в статьях этой главы, преступность совершенного деяния исключается и подзащитный освобождается от уголовной ответственности.

Такими обстоятельствами закон признает:

^ причинение вреда при задержании лица, совершившего преступление;

^ физическое или психическое принуждение;

^ исполнение приказа или распоряжения.

Поскольку закон обязывает ставить вопрос о причине, по которой содеянное не может быть вменено в вину подсудимого, защита должна найти эту причину и точно сформулировать ее в вопросе. Нестандартность постановки обязательных вопросов заключается в том, что они касаются действий не самого подсудимого, а других лиц.

Это такие действия (или обстоятельства, как в случае с крайней необходимостью или обоснованным риском), которые побудили вашего клиента пойти на совершение противоправного деяния.

В цитированной выше статье НА Григорьевой приводится следующий пример постановки вопроса о необходимой обороне (пятый вопрос):

Вопрос Т. Доказано ли, что 1 марта 1995 г. в д. 5 по ул. Спортивной г. Волоколамска Московской области Воронову В.П. были нанесены два удара шилом в шею, и он скончался на месте происшествия от кровопоте-ри?

Вопрос 2. Если на первый вопрос дан утвердительный ответ, то доказано ли, что указанные в первом вопросе действия совершил подсудимый Иванов?

Вопрос 3. Если на предыдущий вопрос дан утвердительный ответ, то доказано ли, что Иванов причинил смерть Воронову на почве неприязни в процессе ссоры?

ГлабяХШ. Ьопросньш лш.1

Вопрос 4. Если на второй вопрос дан утвердительный ответ, то виновен ли Иванов в деянии, описанном в предыдущих вопросах?

Вопрос 5. Имело ли место нападение со стороны Воронова на Иванова, угрожающее его жизни и здоровью, от которого подсудимый был вынужден защищаться, отобрав шило у потерпевшего и нанеся им два ранения ему в шею?

Постановка вопросов по обстоятельствам, влекущим менее строгое наказание.По-видимому, законодатель имел-в виду об-стоятельстваназначения более мягко го наказания, нежелипред-усмотрено за данное преступление. Эти обстоятельства, которые шенуются исключительными, перечислены в ч. 1 ст. 64 УК РФ. Ими являются:

^ цель и мотивы преступления;

^ его поведение во время и после совершения преступления;

^ другие обстоятельства, существенно уменьшающие степень общественной опасности преступления;

•/ активное содействие участника группового преступления раскрытию этого преступления.

Поскольку согласно ч. 2 ст. 64 УК РФ исключительными могут быть признаны как отдельные смягчающие обстоятельства, так [ совокупность таких обстоятельств, это дает возможность защите при постановке вопроса не ограничиваться обстоятельствами, указанными в ч. 1 ст. 64 УК РФ, а обратиться к другим смягчающим обстоятельствам, указанным в ст. 61 УК РФ, которые также югут быть признаны исключительными.

§ 5 . ВОПРОСЫ О СНИСХОЖДЕНИИЛИБО ОСОБОМ СНИСХОЖДЕНИИ

Постановка этих вопросов не представляется сложной и двусмысленного толкования, как правило, не вызывает. В соответствии с ч. 3 ст. 449 УПК РСФСР они ставятся на случай признания подсудимым виновным.

После основных вопросов о доказанности соответствующего деяния, о доказанности совершения этого деяния подсудимым и виновности подсудимого ставится традиционный вопрос о снисхождении при назначении наказания председательствующим в обвинительном приговоре, основанном на вердикте присяжных.

82 Раздел IV. Вопросы защиты в суде присяжных

Этот вопрос формулируется так:

Вопрос: Если на третий вопрос (о виновности) дан утверди-•ельныютвет, то заслуживает ли Н. снисхождения либо особого нисхождения?

> 6. ВОПРОСЫ, КОТОРЫЕ НЕ МОГУТ СТАВИТЬСЯ НА РАЗРЕШЕНИЕ КОЛЛЕГИЕЙ ПРИСЯЖНЫХ

1асть 4 ст. 449 УПК РСФСР предусматривает три группы вопро-;ов, которые не могут ставиться на разрешение коллегией при-;яжных:

^ требующие юридической квалификации статуса подсудимого (о его судимости; о факте признания особо опасным рецидивистом; об ответственном должностном положении);

^ требующие юридической оценки (содержащие юридические термины);

^ допускающие признание подсудимого виновным по обвинению, которое не предъявлялось ему государственным обвинителем либо не поддерживалось им к моменту постановки вопросов.

Вопросы первой и третьей группы сложности не представляют. Просто нужно внимательно следить, чтобы они не попали в вопросный лист. Особенно это касается вопросов по обвинению, которое не предъявлялось. Сразу председательствующий эти вопросы может не поставить, но внести позже, когда «почувствует» или поймет, что оправдательный вердикт неминуем.

Из схемы (см. приложение 17) видно, какие изменения претерпевает на пути формирования и разрешения вопросный лист, а также на каких его стадиях можно вносить уточнения, изменения, поправки, ставить новые вопросы.

Защита должна быть очень бдительной, и если председательствующий ставит вопрос, который не подлежит постановке в соответствии с законом, или вносит явно незаконную поправку, нужно возражать, чтобы получить кассационный повод для обжалования.

Как уже отмечалось, многие председательствующие под видом «неясности, противоречивости вердикта» меняют форму-

лава XIII. Вопросный лист 183

лировки вопросов или ставят вопрос об обвинении, которое не предъявлялось, лишь бы не состоялся оправдательный вердикт.

В Московском областном с, .у- по делу Баклыкова председательствующий Груничев, получив подписанный старшиной вопросный лист с оправдательным вердиктом присяжных по ст. 102 УК РСФСР, вернул коллегию присяжных в совещательную комнату, поставив им на разрешение новый вопрос о деянии, в совершении которого подсудимый не обвинялся, — о недоносительстве (ст. 189 УК РСФСР), с той целью, чтобы не было полного оправдания.

Что касается второй группы вопросов, которые не могут ставиться перед присяжными, поскольку требуют собственно юридической оценки, то фактически это выливается в задачу избежать юридической терминологии.

Вместо термина «убийство» в вопросном листе нужно писать «лишение жизни»; вместо «изнасилования» — «половое сношение против воли и согласия женщины» и т.д.

Но иногда очень трудно перевести на простой язык юридические термины или заменить их понятными присяжным выражениями. Скажем, как описать состояние «аффекта» или «хулиганские побуждения»?

Помня, что присяжные — судьи факта, нужно описывать фактические события, но не их юридическую оценку. Однако они должны быть описаны именно так, чтобы присяжные поняли вашу позицию.

В постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 г. №9 «О некоторых вопросах применения судами уголовно-процессуальных норм, регламентирующих производство в суде присяжных» в п. 18 есть упоминание о еще одной группе вопросов, которые не могут ставиться на разрешение коллегии присяжных. Это вопросы о «вероятности виновности подсудимого». Запрет на постановку подобных вопросов следует из содержания ч. 5 ст. 451 УПК РСФСР. Пленум Верховного Суда РФ указал: «Поскольку в силу ч. 5 ст. 451 УПК РСФСР выводы присяжных заседателей не могут основываться на предположениях, перед ними не могут ставиться вопросы о вероятности виновности подсудимого в совершении деяния».

Субъективная сторона состава преступления – это психическая деятельность виновного, непосредственно связанная с совершением им преступления, содержание которой раскрывается с помощью таких юридических признаков, как вина , мотив и цель , характеризующих различные формы психической активности человека [1] .

Обязательным признаком субъективной стороны является вина . Уголовный закон не дает определения вины. Его выработала уголовно-правовая наука.

Вина – это определенная форма психического отношения лица к объективным признакам совершаемого преступления:

— деянию (действию или бездействию);

— причинной связи между ними и представляет собой психический процесс, протекающий в сознании.

Субъективная сторона убийства характеризуется только умышленной формой вины, что прямо и однозначно вытекает из законодательного определения убийства.

В ч.1 ст.105 УК РФ предусмотрена ответственность за так называемое «простое» убийство, под которым понимается умышленное причинение смерти другому человеку. Следовательно, неосторожное причинение смерти другому лицу не является убийством. Поэтому использование словосочетаний «неосторожное убийство» или «умышленное убийство» является некорректным, хотя иногда встречается в юридической литературе и судебной практике [2] .

Убийство может быть совершено как с прямым , так и с косвенным умыслом.

Читайте также:  Сохранилась ли северная пенсия

Прямой умысел убийства отличается от косвенного как по интеллектуальному, так и по волевому содержанию.

При прямом умысле лицо предвидит неизбежность (неотвратимость, неминуемость) наступления смерти и желает её наступления, при косвенном — предвидит лишь возможность (но реальную , а не абстрактную, как при легкомыслии) её наступления и не желает , но сознательно допускает её наступления либо относится к этому безразлично (ст.25 УК).

И в науке уголовного права, и в судебной практике общепризнанным является положение о том, что если убийство может быть совершено как с прямым, так и с косвенным умыслом, то покушение на убийство возможно лишь с прямым умыслом [3] .

Соглашаясь принципиально с такой позицией, необходимо, тем не менее, отметить, что такая квалификация правильна в отношении покушения на убийство, которое не окончено по объективным причинам (выстрелил, но промахнулся; посторонние лица помешали, вовремя оказали медицинскую помощь и т.п.).

Однако такая позиция является не бесспорной в том случае, когда преступление не окончено по субъективным причинам (по причине ошибки в личности потерпевшего). Например, виновный из мести (ревности) производит выстрел в сторону заведомо для него беременной женщины, безразлично относясь к такому последствию как смерть, но допуская такую возможность. Налицо косвенный умысел по отношению к последствию (смерти). Если в результате ранения потерпевшая впоследствии умирает, то действия виновного следует квалифицировать по п. «г» ч.2 ст.105 УК РФ как убийство с косвенным умыслом беременной женщины.

Однако возникает вопрос: как квалифицировать действия виновного, если вместо беременной женщины окажется её родная сестра-близнец? Говорить в такой ситуации о простом убийстве, думается, было бы неправильно. Умысел виновного (не путать с целью!) все-таки был направлен на лишение жизни беременной женщины. Не будет здесь и оконченного квалифицированного убийства, т.к. отсутствует один из объективных признаков состава преступления, предусмотренного п. «г» ч.2 ст.105 УК – смерть беременной женщины.

Однако если придерживаться позиции судебной практики и разъяснений Пленума ВС РФ, то и как покушение на убийство беременной женщины действия виновного в приведенном примере квалифицировать нельзя, поскольку умысел на лишение жизни был косвенный.

Другой пример. В ходе очередной ссоры жена в сердцах сообщает мужу, что она беременна от другого мужчины. Узнав об этом, муж из ревности жестоко избивает её, не желая лишать жизни, но безразлично относясь к такому последствию, как смерть. Налицо косвенный умысел. От причиненных повреждений жена впоследствии умирает. Оказалось, что она не была беременной. Если стоять на позиции судебной практики, что во всех случаях покушение на убийство может быть только с прямым умыслом, то действия мужа следует квалифицировать по фактически наступившим последствиям, т.е. по ч.1 ст.105 УК. Но куда деть умысел (не цель, не желание!) на убийство беременной женщины? Ведь именно беременность стала причиной жестокого избиения потерпевшей и причинения ей смерти с косвенным умыслом.

Думается, покушение на убийство с косвенным умыслом все-таки возможно , но только в тех случаях, когда виновный заблуждается относительно личности потерпевшего, признаки которого предусмотрены в качестве отягчающего обстоятельства убийства .

К факультативным признакам субъективной стороны относят мотив, цель и эмоции .

Мотив [4] – это обусловленное определенными потребностями внутреннее осознанное побуждение [5] , которым руководствуется виновный, совершая убийство.

Цель [6] – это идеальная мысленная модель будущего желаемого конечного результата [7] , к достижению которого стремится виновный, совершая убийство [8] .

Некоторые мотивы и цели, перечисленные в ч.2 ст.105 УК РФ, относят убийство к квалифицированному виду. Подробнее о них – ниже.

Эмоция – это душевное переживание, чувство [9] . Большинство ученых относят эмоциональное состояние виновного к характеристике (признаку) субъективной стороны преступления [10] . Другие усматривают в нем обстоятельство, характеризующее субъекта преступления [11] .

Такое эмоциональное состояние как аффект (состояние сильного возбуждения, потери самоконтроля [12] ) относит убийство к привилегированному составу преступления против жизни (ст.107 УК).

Необходимо отличать цель от умысла , а эмоцию от мотива .

Цель убийства может появиться задолго до возникновения умысла на убийство.

Умысел как форма вины возникает у виновного только с момента начала совершения преступления (на стадии приготовления [13] ) и может конкретизироваться в процессе реализации цели убийства.

Единство цели не тождественно единству умысла . Наличие единой цели не означает наличие единого умысла. Например, один из наследников поставил перед собой цель – завладеть наследством путем убийства других наследников, которые проживают в различных, отдаленных друг от друга городах (странах). С этой целью виновный прибывает в один город (страну) и совершает убийство первого наследника. Через какое-то время он совершает второе, а затем – третье убийство. Цель одна, но умысла три. Каждый умысел возникает с начала выполнения конкретных приготовительных действий для совершения последующего самостоятельного убийства. Это необходимо учитывать при отграничении квалифицированного убийства двух или более лиц от простого повторного убийства (квалифицируемого по совокупности).

[1] См.: Рарог А.И. Субъективная сторона и квалификация преступлений. М., 2001. – С.10.

[2] См.: Рарог А.И. Проблемы субъективной стороны преступления. М., 1991. – С.94; Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации /Под ред. В.И.Радченко. М., 1996. – С.163; Судебная практика к Уголовному кодексу Российской Федерации / Сост. С.В.Бородин, А.И.Трусова; Под общ. ред. В.М.Лебедева – М.: Спарк, 2001. – С.436, 467.

[3] См.: п.2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27.01.99 № 1 «О судебной практике по делам об убийстве (ст.105 УК РФ)»; Рарог А.И. Указ. раб. – С.110.

[4] Мотив – побудительная причина, повод к какому-нибудь действию. (См.: Ожегов С.И., Шведова Н.Ю. Указ. раб. – С.376).

[5] См.: Рарог А.И. Субъективная сторона и квалификация преступлений. М., 2001. – С.10.

[6] Не путать с мечтой – нечто, созданное воображением, мысленно представляемое. Мечта более абстрактное, обобщенное понятие, чем цель. Мечта может перерасти в цель.

[7] См.: Рарог А.И. Там же.

[8] Цель – предмет стремления, то, что надо, желательно осуществить (См.: Ожегов С.И., Шведова Н.Ю. Указ. раб. – С.905).

[9] См.: Ожегов С.И., Шведова Н.Ю. Указ. раб. – С.944.

[10] См.: Бородин С.В. Преступления против жизни. М.: Юрист, 2000. – С.61.

[11] См.: Рарог А.И. Указ. раб. – С.9; Шарапов Р.Д. Указ. раб. – С.226.

[12] См.: Ожегов С.И., Шведова Н.Ю. Указ. раб. – С.30.

[13] В связи с тем, что умысел, являясь формой вины, которая характеризует такой элемент состава преступления, как субъективная сторона, возможен только в преступлении, только в связи с деянием, и не может быть помимо деяния, название стадии «обнаружение умысла» является условным. В этом случае речь идет, скорее, о стадии «обнаружение цели».

Субъективная сторона преступления — это внутренняя сторона состава преступления, которая определяет психическую деятельность лица в момент совершения преступления

Основным признаком субъективной стороны любого преступления является вина.

Вина — это психическое отношение лица к совершенному им общественно опасному деянию, предусмотренную уголовным законом и его общественно опасным последствиям в форме умысла или неосторожности.

Как уже было сказано в начале работы убийство независимо от его вида может быть совершенно умышленной формой вины, УК РФ (1996 г.) в отличии от УК РФ (1960 г.) не содержит понятия неосторожного убийства. В связи с этим при квалификации убийства должно быть обязательно выявлено, что оно совершено умышленно, причем также необходимо определить и вид умысла.

Только установление прямого или косвенного умысла дает основание для вывода о том, что убийство действительно было совершено.

Рассмотрим виды умысла при убийстве.

А) прямой умысел. При прямом умысле убийца сознает общественно опасный характер своего действия или бездействия, предвидит возможность или неизбежность наступления общественно опасных последствий (смерти потерпевшего) и желает наступления таких последствий (ч.1 ст.25 УК РФ).

Н., желая из мести убить К., наносит ему удар ножом в область живота. Н. сознает общественно опасный характер своих действий. Предвидит, что в результате его действий может наступить смерть К., и желает ее наступления. Отношение психики Н. к причиненному им результату (смерти К.) выражается в форме прямого умысла

Интеллектуальные моменты при прямом умысле образуют сознание субъектом общественно опасного характера своего действия или бездействия и приведение его общественно опасного последствия.

Сознание общественно опасного характера действия или бездействия предполагает, в первую очередь. Сознание всех фактических обстоятельств совершаемого деяния (действия или бездействия), которое соответствует признакам состава убийства. Лицо должно осознавать, что оно лишает жизни другого человека.

Поскольку в объективную сторону убийства входит и причинная связь между действиями (бездействием) лица и наступившими преступными последствиями (смертью потерпевшего), сознание виновного должно при умысле охватывать и эту связь.

В приведенном выше примере Н., нанося удар ножом в область живота К., сознает, что в результате такого удара может наступить смерть К., то есть осознает развитие причинной связи между своим действием и наступлением последствий — смерти К.

Причинная связь только тогда может явиться обстоятельством, обуславливающим ответственность за убийство. Когда она сочетается с отношением ее к развитию и форме умысла. Если смерть потерпевшего была причинена действиями (бездействием) лица, выпадающими из причинной связи, объемлемой его умыслом, ответственность за убийство исключается. Для наличия умысла вовсе не требуется, чтобы лицо во всех деталях предвидело развитие причинной связи, достаточно предвидения ее в общих чертах.

Читайте также:  Высота трехэтажного дома в метрах

Сознанием лица должны охватываться и квалифицирующие убийство обстоятельства. Только в таком случае эти обстоятельства могут быть вменены ему в вину. Отсутствие сознание отягчающих убийство обстоятельств исключает ответственность за квалифицирующие виды этого преступления.

Процесс, происходящий в психике виновного при умысле, не ограничивается сознанием совершенного. Его мысль, естественно, обращается к тем последствиям, которые должны наступить в результате его поведения.

При прямом умысле убийца предвидит, что в результате его действий (бездействия) может наступить смерть потерпевшего. При этом прямой умысел может быть в том случае, когда наступление смерти мыслится как неизбежное последствие его действий (бездействия), так и в том случае, когда оно представляет как вероятное или возможное последствие.

Волевой момент прямого умысла при убийстве состоит в том, что виновный желает наступления смерти потерпевшего.

Б) Косвенный (эвентуальный) умысел. Косвенный умысел при убийстве заключается в том, что лицо осознает общественно опасный характер своего действия или бездействия, предвидит возможность наступления общественно опасных последствий (смерти потерпевшего), не желает, но сознательно допускает эти последствия либо относится к ним безразлично (ч.2 ст.25 УК РФ).

Вечером шофер Таганрогского автохозяйства Г., следуя в нетрезвом состоянии на автомашине ЗИЛ, грубо нарушил правила движения. Поехал на закрытый железнодорожный переезд и повредил опущенный шлагбаум. Дежурившая по переезду М., пытаясь задержать Г., встала на подножку автомашины. В это время Г. неожиданно на большой скорости повел машину в сторону переезда, увозя на подножке М. Последняя стала кричать, просила остановить машину. Взывала о помощи, но Г. продолжал гнать машину. Стремясь скрыться и освободиться от М., Г по ходу машины резко открыл дверцу с левой стороны, где стояла М. от чего она упала и, ударившись головой с большой силой о мерзлый, кочковатый грунт, получила смертельные повреждения, от которых тут же скончалась. Г. сознавал общественно опасный характер своих действий, предвидел возможность наступления от таких действий смерти М., не желал наступления этой смерти, но, стремясь скрыться, относился к такому результату с преступным безразличием, сознательно его допуская. Отношение его психики к содеянному выражается в форме косвенного умысла. К такому выводу пришел и Ростовский областной суд, который признал Г. виновным в умышленном убийстве

Интеллектуальный момент косвенного умысла по существу ничем не отличается от интеллектуального момента умысла прямого. Различие состоит только в том, что при прямом умысле субъект предвидит как неизбежность наступление смерти потерпевшего, так и вероятность или возможность ее наступления, при косвенном умысле лицо предвидит лишь возможность или вероятность наступления смерти потерпевшего. В тех случаях, когда лицо предвидит неизбежность наступления смерти, оно действует с прямым умыслом. Если, например, потерпевшего сбрасывают из хулиганских побуждений в глубокую пропасть, то говорить о косвенном умысле на убийство нельзя; в таких случаях умысел может быть только прямым. Сознание неизбежности наступления преступных последствий несовместимо с их нежеланием и лишь сознательным допущением, что является необходимой предпосылкой косвенного умысла.

Волевой момент косвенного умысла заключается в нежелании наступления смерти потерпевшего, но при этом тем ни менее предполагается ее сознательное допущение либо безразличное к ней отношение. При косвенном умысле лицо не желает наступления преступных последствий, ибо преследует совершенно другую цель. Ради достижения этой цели лицо сознательно допускает возможность наступления смерти потерпевшего либо безразлично к ней относится. Преступные последствия при косвенном умысле мыслятся виновным как возможный побочный результат его деятельности, направленной на осуществление преступных и непреступных целей.

Как уже было сказано, выявление вида умысла является обязательным по делам об убийствах. Большое значение имеет разграничение прямого и косвенного умысла при решении вопроса об ответственности за покушение на убийство. Если убийство может быть совершено как с прямым, так и с косвенным умыслом, то покушение на убийство возможно лишь с прямым умыслом, то есть когда содеянное свидетельствовало о том, что виновный осознавал общественную опасность своих действий (бездействия), предвидел возможность или неизбежность наступления смерти другого человека и желал ее наступления, но смертельный исход не наступил по независящим от него обстоятельствам (ввиду активного сопротивления жертвы, вмешательства других лиц, своевременного оказания потерпевшему медицинской помощи и др.).

Неправильное понимание содержания умысла виновного приводит в ряде случаев к тому, что органы предварительного расследования и суды не разграничивают убийство и умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, повлекшего за собой смерть потерпевшего (ч.4 ст.111 УК РФ). Трудность такого ограничения объясняется тем, что по признакам объективной стороны эти преступления совершенно одинаковы. Это приводит иногда к тому, что действия виновного, причинившего тяжкий вред здоровью, повлекший смерть, расценивается как убийство и наоборот.

Разграничение убийства от тяжкого вреда здоровью, повлекшего смерть потерпевшего должно проводиться по субъективной стороне деления. В соответствии с п.3 постановления №1 Пленума Верховного Суда РФ от 27 января 1999 г. при убийстве умысел виновного направлен на лишение потерпевшего жизни, а при совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст.111 УК РФ, отношение виновного к наступлению смерти потерпевшего в неосторожности. При решении вопроса о направленности умысла виновного следует исходить из совокупности всех обстоятельств содеянного и учитывать, в частности, способ и орудие преступления, количество, характер и локализацию телесных повреждений (например, ранение жизненно важных органов человека), а также предшествующее поведение виновного и потерпевшего, их взаимоотношения.

Иллюстрацией сказанному может послужить следующее уголовное дело. Пермский областной суд, квалифицировал действия М. По ч.4 ст.111 УК РФ, сослался на то. Что умысел на убийство потерпевшей не доказан: смерть ее наступила спустя 40 дней после причинения тяжкого вреда здоровью (удар ножом в область груди), а в течении дня и ночи потерпевшая находилась в одном доме с М., и он, хотя и видел, что она жива, не делал попыток ей еще удары, считая, что рана неглубокая и все обойдется.

Отменяя приговор, коллегия указала. Что суд не дал оценку характеру ранения. Его локализации (в области левой половины грудной клетки), поведению М. угрожавшего внуку и препятствовавшего ему принять меры по оказанию помощи матери. М. Забил двери дома гвоздями, а после того, как внуку удалось выбраться из дома, М., вооружившись топором, угрожая ему и подъехавшим работникам милиции, не подпуская их к дому.

Эти обстоятельства, имеющие существенное значение для определения умысла виновного и правильной квалификации, судом учтены не были, что привело к отмене приговора.

При новом разбирательстве действия М. Были квалифицированы по ч.1 ст.105 УК РФ

В числе обстоятельств, имеющих значение для квалификации убийства, которые характеризуют субъективную сторону преступления, необходимо назвать цель. Мотив, а также эмоциональное состояние лица в момент совершения убийства.

Мотив преступления — осознанное внутреннее побуждение, обусловленное определенными потребностями и интересами человека, которые вызывают у него решимость действовать.

При решении вопроса о квалификации убийства мотив не может не учитываться. Закон, правда, не во всех случаях прямо упоминает мотив как квалифицирующий признак. В ст.108 УК РФ (убийство, совершенное при превышении пределов необходимой обороны либо при превышении мер, необходимых для задержания лица, совершившего преступление) например, ничего не говорится о мотиве преступления. Однако если не будет установлен мотив необходимости защиты при убийстве, то оно не может быть признано совершенным с превышением пределов необходимой обороны ст.108 УК РФ. В части 2 ст.105 УК РФ прямо называются мотивы: корысть, хулиганские побуждения, национальная, расовая, религиозная ненависть или вражда либо кровная месть. При иных мотивах убийство может быть квалифицировано по ч.2 ст.105 УК РФ только при наличии других обстоятельств, указанной в этой статье. При отсутствии указанных выше мотивов и других обстоятельств, отягчающих убийство, применяется ч.1 ст.105 УК РФ. Для квалификации убийства по этой статье мотив его совершения по существу безразличен. Это вместе с тем не означает, что устанавливать его не следует.

От мотива убийства необходимо отличать цель как признак субъективной стороны преступления.

Цель преступления — это психологическое представление лица о желаемом результате, к достижению которого оно стремится, совершая конкретное преступление.

Мотив и цель, как правило, разграничиваются в законе и имеют самостоятельное значение для квалификации некоторых видов убийства. Установление цели сокрытия другого преступления или облегчения его совершения, а также цели использования органов или тканей потерпевшего влечет признание убийства совершенных при отягчающих (соответственно, п. "к" ч.2 ст.105 УК РФ и п. "м" ч.2 ст.105 УК РФ). Мотив и цель при убийстве могут совпадать. Например, лицо, совершая убийство по корыстному мотиву, стремиться к достижению корыстной цели.

Эмоциональное состояние также является признаком субъективной стороны преступления, влияющим на квалификацию убийства. В ст.107 УК РФ говориться о внезапно возникшем сильном душевном волнении — таком эмоциональном состоянии, которое характеризует субъективную сторону этого вида убийств. Установление его исключает квалификацию убийства при отягчающих обстоятельствах п. "а", "г", "д", "е","н" ч.2 ст.105 УК РФ.

В завершении общего анализа субъективной стороны убийства следует еще раз подчеркнуть обязательность установления формы, вины, мотивов, целей, эмоционального состояния виновного по каждому уголовному делу об убийстве.

Ссылка на основную публикацию
Торговля алкоголем расстояние до школы
Расстояние от магазина с алкоголем до школы составляет 100 метров. Такую поправку ввели депутаты в федеральный закон, но рассматривается проект...
Сумма штрафа за выезд на встречную полосу
Наказание за пересечение сплошной или двойной сплошной линии разметки затрагивает практически весь диапазон ответственности за нарушения ПДД и может быть...
Сургут это крайний север или нет
Постановление Правительства РФ от 23 мая 2000 г. N 402"Об утверждении перечня районов Крайнего Севера и приравненных к ним местностей...
Торговля без чека ответственность
Каждому субъекту предпринимательства, осуществляющему расчёты с покупателями (наличными и через банковские терминалы), необходимо знать регламент, установленный Центробанком, регулирующий порядок ведения...
Adblock detector